Ну ладно, мне посоветовали принять участие. Давайте 1 лайк — 1 факт о моей службе в российской армии в начале нулевых.

favorite 141
message 133

1. Кормили в российской армии плохо. В столовой давали капустный супчик под народным названием «электролит». Иногда давали куски сала, многие из которых были покрыты свиной кожей со щетиной.

2. Часть, в которой я служил, за пару лет до моего прихода в полном составе обосралась от дизентерии (конец 90-х, начало нулевых). Целая воинская часть была небоеспособной в течение двух недель.

3. Конечно, дерьмовая ситуация с продуктами в части была из-за того, что команч без особых проблем присваивал бабло на питание срочников и закупал некондиционные и просроченные продукты.

4. Мне повезло с питанием в армии, потому что я с моим медицинским образованием служил в медпункте, где повар-дед пиздил меня сапогами, но откормил так, что я весил сотню кг.

5. Однажды по медпункту ходил курсант из ВМА и с видом Гамлета повторял «кругом одно говно, кругом одно говно». Я спросил, в чем дело, и курсант ответил, что пришли результаты анализов из столовой. Повсюду кишечная палочка.

6. В армии хорошо быть музыкантом оркестра, фельдшером или поваром (если служишь срочную). Задним числом я решил, что надо было учиться на повара: и место более блатное, и сейчас бы эта специальность мне пригодилась, потому что в медицине я не работаю.

7. Хорошо еще служить в штабе, но там палка о двух концах: ты постоянно на глазах у высокопоставленных офицеров части. Зато легко пробивать себе звания вне очереди. Я как пришел в армию рядовым, так и ушел, просто потому что не видел смысла получать звания.

8. На учебке выбирали солдата служить в штаб, и меня рассматривали, потому что я печатал практически слепым методом (спасибо, аська). Но взяли парня, который закончил курсы делопроизводства, хотя печатал одним пальцем.

9. Пока я служил (год срочной и два по контракту), в моей части погибло трое солдат. Один солдат в год, в мирное время. Это лишь те случаи, о которых мне известно.

10. Один из погибших солдат застрелился в лесу на заставе (я служил в пограничных войсках). Другой солдат, недавно призвванный, бегал на стадионе и упал. Ему неумелой реанимацией накачали воздуха в желудок, потом принесли к нам, и врач колол адреналин в сердце (не помогло).

11. Третий погибший солдат был моим земляком из Питера, с которым я часто виделся и здоровался за руку. Улыбчивый парень. Получил от старослужащего удар в грудь («пробивали броню»), зашел в сушилку, прилег и умер — остановилось сердце от ушиба.

12. Я видел, как убийцу повара привезли на обследование в госпиталь перед отправкой в дисбат (или тюрьму, не уверен). Я сам привозил больных в госпиталь на электричке. Он сидел в наручниках с мамой и сопровождающим офицером — такая же, в общем-то, жертва дедовщины, как и труп.

13. Несмотря на то, что я служил в медпункте, и не выполнял работ на улице, сидение в четырех стенах изрядно надоедало, поэтому я старался выбираться из медпункта так часто, как только мог. Например, сопровождать учебку на стрельбище.

14. Стрельбище находилось от части на расстоянии 25км, туда нужно было дойти, отстреляться и дойти обратно. Штабные офицеры ехали на машинах с ящиками патронов, солдаты и командиры рот шли напрямик через леса и болота. Еще машинами обратно везли тех, кто стонал и падал.

15. Когда солдаты на стрельбище заканчивают стрелять, остается много патронов, они уже списаны, и обратно их не везут, а заряжают все свободные магазины, потом сержанты и офицеры отстреливают патроны по мишеням. Я тоже отстреливал. Так настрелял на порядок больше любого срочника.

16. Когда я служил на учебке (до медпункта), у нас были солдаты, которые на стрельбище не попадали ни в одну мишень. На вопросы солдат отвечали, что просто выпускали магазин в молоко. Им это было неинтересно. Я такого не понимал. У меня была благодарность от комроты за стрельбу.

17. Еще на учебке во время надевания противогазов было очень жарко, и у меня пошла носом кровь (бывает такое). Я сказал об этом сержанту, но тот посоветовал не выебываться и надевать противогаз. Я надел, а когда снял, сержант охуел и позвал других посмотреть.

18. Если в армии бьют, то стараются не оставлять следов. Есть несколько способов избиений: «пробить лося», «пробить броню» и т.п. На учебке мой армейский ремень зацепился за что-то и оставил на моей пояснице гигантский синяк. Сержанты обосрались и допрашивали, не обижают ли меня.

19. Похоже, я написал уже больше, чем у меня лайков. Если будет больше лайков, расскажу о своей командировке в горы Северного Кавказа.

20. После года срочной службы мне предложили подписать контракт с условием восьмимесячной командировки на грузинскую границу. Я взвесил факты и решил, что лучше дослужить два года за деньги, чем год бесплатно. Поездка на Кавказ для меня была просто интересным дополнением.

21. Мы доехали до Владикавказа, месяц тренировались в одной из местных частей, потом забрались в горы на высоту 3500. Когда ставили лагерь, на склонах еще лежал снег. Когда уезжали, снег уже выпал. Лето на Кавказе короткое, но бурное и крайне живописное.

22. Перед отправкой в горы нам рассказывали, как вертолеты коварных грузин летают в непосредственной близости от наших границ, что отношения у нас напряженные, что грузины могут перейти границу и зарезать часовых, поэтому нужно держать ушки на макушке (шел 2001 год).

23. По факту единственной опасностью за все время командировки стали местные "деды", которые во Владикавказе доебались до наших ребят у палаток. Сержанты заранее напоминали, что делать по команде "к бою", и в течение минуты вся застава высыпала из палатки с дужками от кроватей.

24. Местные деды от такой слаженности охуели, но честь не позволяла им отступить, и начались долгие бессмысленные переговоры с сержантами в духе "не, ну а чо", пока не пришел их местный старшина и не дал команду им съебаться в ужасе, а нам посоветовал съебаться просто.

25. Можете считать меня убогим лузером, но полгода службы в горах Кавказа останутся для меня лучшим временем моей жизни. Горы это очень здорово, и о них я могу рассказывать еще долго. В радиусе 5 километров от лагеря было 5 источников минеральной воды, даже газированная была.

26. Наши повара пекли в мини-пекарне хлеб на минеральной воде, вкуснее хлеба в жизни своей не ел, и дело не в том, что я был голодный, мы не голодали. На праздники у нас был даже торт со сгущенкой. Хотя пару недель шли дожди, и машина не могла приехать, достали мешки с сухарями.

27. Однажды нам в наряде поставили задачу подняться на перевал. Погода была хорошая, мы поднялись не только на перевал, но и на гору рядом, и я руками мог трогать облака. Они холодные, прямо пролетали рядом клочьями. Растительности там нет, вечный снег, поэтому вокруг тишина.

28. С перевала в бинокль можно было разглядеть грузинский, точнее, южноосетинский город. Совсем недалеко от границы стояла вилла, во дворе у нее было видно несколько машин. Кто-то сказал, что это дача грузинского президента, наверное врали.

29. С горы спускаться было лень, поэтому я как самый ебанутый решил съехать в тенистом месте, где снег лежал до подножия. Ступил на склон и поехал, но сразу же упал, и меня потащило по склону со скоростью поезда, я мог только орать и немного рулить ногами от больших камней.

30. Естественно, мой наряд из трех человек поехал с воплями вслед за мной. Поднимались на гору два часа, спустились за пять минут. Никто не переломал ног, и я даже не разбил радиостанцию, которая висела на пузе, только снег забился под майку и в дуло автомата, чистил потом.

31. Курили в горах Приму, которую привозили в рулонах. Чтобы покурить, нужно было отрезать от рулона папироску. Когда из-за дождя долго не приходила машина, у нас кончилось курево. Парни выгребли окурки из банок, перевернули все. Я поглядел на это и решил больше не курить.

32. Был на заставе каменно спокойный бурят. На вопросы он отвечал, тщательно обдумав ответ. Однажды, когда не было сигарет, я пришел с наряда и увидел, как он развешивает сушиться пучки травы. — Это зачем? — Курить буду. — А что за трава? — Не знаю. Разная.

33. Когда мы шли в наряд, невозмутимый бурят заводил унылые бурятские песни или делал бурятские римейки разной попсы, при этом нещадно фальшивил. А когда я ему указывал на это, ужасно бесился. Единственное, что выводило его из себя — критика песен.

34. На нашей заставе было трое сержантов, все КМС по рукопашке. Разумеется, драться с ними было бесполезно. Пару раз я нарывался и просто не успевал понять, что происходит. Стоишь перед сержантом, в следующий миг лежишь и не помнишь как падал, ничего не разбито, очень аккуратно.

35. Один из сержантов, Саня, был русский, но вырос в Осетии. В детстве ему пришлось туго, поэтому он был абсолютно отмороженный. Рассказал мне о своей мечте захватить власть и переименовать Москву в Новую Александрию. Макиавеллист, ницшеанец, верил в пассионарную теорию Гумилева.

36. Однажды Саня ждал, что к нему приедет подруга, называл ее шлюхой и спрашивал меня, буду ли я ее трахать. Потом другой сержант сказал, что хочет бабу. Я ответил «скоро приедет подруга Сани». Когда я вернулся с наряда, Саня был в курсе и запустил мне в голову железной кружкой.

37. Кружка была пущена столь ловко, что я потерял сознание на пару секунд и очнулся на земле с пробитой головой. Хлестала кровища, на голове остался шрам. Саня стоял надо мной и объяснял, что его подругу только он сам имеет право называть шлюхой, любой другой за такое ответит.

38. Армия — хорошее место, чтобы осознать ответственность за свои слова и поступки. Именно там я понял, и потом убеждался, что большая часть моих проблем проистекает от болтовни. Хотя Саня был психом. Я потом слышал, что он провалил экзамены в военную академию, оно и к лучшему.

39. Однажды наши служивые выменяли у местных чабанов паленую водку на консервы. Консервы, к слову были интересные: на бумажной этикетке было написано «перловая каша с мясом», но если оторвать этикетку, можно было видеть на корпусе банки слова «корм для собак». Ну как обычно все.

40. Когда наши пили водку в палатке, я отказывался, но под вечные вопросы об уважении пришлось пить. Ночью я блеванул с верхней койки, а на нижней спал сержант Саня. После пары ударов по голове я постирал ему постельное белье в ручье и вымыл палатку. Наутро уши у меня были синие.

41. Паренек залез ночью в палатку-склад и надышался там бензина. Его трясут, а он лыбится и не понимает ни слова. Потом пришел в себя. Другой поехал кукухой, ночью в карауле увидел рысь. Говорил, перепрыгнула через него и убежала. Никто больше рысей не видел. Отправили его домой.

42. Напомню, что я был фельдшером, и в горы поехал как фельдшер. Во Владикавказе я получил сумку с крестом, ящик бинтов и перевязочных пакетов, два жгута, аспирин, анальгин, цитрамон, мазь Вишневского, ихтиоловую и левомеколь. Понятно, ни в каком серьезном случае это не поможет.

43. Да, еще перекись, зеленка, такие все детские средства. Сержанты сказали, что надо было быть настойчивее и забрать из медпункта что-то получше. Но я был рядовым, только что подписавшим контракт, да еще в незнакомой части, мне было сложно что-то выбивать.

44. У одного солдатика заболел зуб на заставе, и он несколько дней ждал машину, которая отвезла его в часть. Я кормил его анальгином, а он грозился меня отпиздить, если я не дам ему что-то получше, а у меня ничего не было.

45. Однажды у меня заболел живот, и болел так, как никогда до этого не болел. Я два часа лежал на верхней койке в позе эмбриона и не мог разогнуться. Анальгин не помог. Один сержант из собственных запасов достал эффералган, и начало отпускать. Было ужасно стыдно.

46. Через несколько лет после армии у меня случился такой же приступ. Я терпел час, а потом вызвал скорую. Меня отвезли в больницу и вырезали аппендицит. Если бы в горах у меня тоже был аппендицит, я б не выжил. Оттуда невозможно выбраться быстрее суток, это смерть или перитонит.

47. В горах я потерял нательный крест, но через пару недель на прошлогодней стоянке прямо из-под снега выкопал новый. Чужой крест носить считается западло, но я решил, что это мне прямое послание с указанием его надеть. Надел и носил около 10 лет, сейчас не ношу.

48. За сезон наша застава трижды задерживала нарушителей границы. Один раз были странные «охотники» в гражданской одежде с какими-то румынскими автоматами Калашникова. Второй раз взяли двух грузинских военных (?) с семиконечными звездами на погонах. Не знаю зачем они к нам зашли.

49. Третий раз задержание произвел непосредственно я, будучи старшим наряда. Взяли деда, который перегонял из Грузии лошадей. Дед как увидел нас, развернул соленья-варенья, я говорю — спасибо, но мы ничего не решаем, пошли к командиру. Тут же приехал его сын с нашей стороны.

50. Возможно, у деда и было право на пересечение границы в принципе, но у нас не таможня, мы докумнтов не оформляли, так что деда с лошадями отправили назад. На что они рассчитывали, хрен знает, может раньше перевалы никто и не охранял.

51. Иногда приезжали местные офицеры с Владикавказа, человек 20, и вместе с нашими ходили охотиться на горных козлов. Я тех козлов живьем ни разу не видел, видел только тушки и суп ел. Видимо, надо знать, где искать. И они осторожные, выставляют дозорного, тот если что свистит.

52. Однажды я пришел с караула в столовую, накладываю суп, ем, а повара на меня смотрят и улыбаются. Ну как, говорят, суп? Нормальный суп. А он с собаки. Да мне, говорю, похуй. Собаки бездомные там бегали, да.

53. Самая странная работа на заставе — у радиста. Каждый день радист диктует в часть фамилии солдат, заступающих в наряд, и направления дозоров. Но поскольку связь всегда плохая, радист диктует все по буквам: «Иван, Владимир, Александр, Николай, Ольга, Владимир, как понял, прием»

54. Если по вечерам подойти к офицерской палатке, где живут радисты, можно услышать, как пару часов подряд радист монотонно бубнит "Владимир, Ольга, Дмитрий...". Радисту звонит дозор для доклада и вообще по любому поводу. Если радист подъебывает, значит офицеров рядом нет.

55. Разговор дозора с радистом в отсутствие офицеров может звучать так: - Ястреб первому на прием. - На приеме. - Коробочка на 12, как принял? - Принял тебя. Минералочки мне набери там. - Эээ, ты охуел. - Эээ, ты охуел. - Эээ, ты охуел. - Дома поговорим. - Отбой.

56. Когда выставляется наряд на огневую точку на холме, он конечно должен не спать и смотреть по сторонам в любое время суток. Если к заставе подъедет машина, а ты заранее не сообщишь об этом по проводному телефону, можно получить выговор от офицера и пиздюлей от сержанта.

57. Раз мы вдвоем с товарищем стояли на огневой точке ночью в ливень. Фонарь естественно был выключен, чтобы не палить точку. Тьма стояла такая, что между открытыми и закрытыми глазами разницы не было никакой. Постояли и решили, что в такую погоду только суициды пойдут перевалом.

58. Мы положили поверх окопа пару плащ-палаток в виде крыши, в свои плащи завернулись и повалились на дно окопа спать. Проснулся я от дикого грохота, после которого начало подтекать. Оказалось, что в нашу крышу набралось воды, и плащ обрушился на нас. И все еще нихрена не видно.

59. Когда выпал снег, в нарядах отпала необходимость, потому что никто зимой через перевалы не ходит, это верная смерть, и на зиму заставу снимают. Но солдат не должен скучать, и наряды отправлялись. Дозорные доходили до ближайших руин и там спали, на огневой точке просто спали.

60. Наряд, отправленный на огневую точку, начинал с того, что поднимался на холм, искал там предыдущий наряд и выкапывал его из снега. Потом они заворачивались в бушлаты, сверху в плащи и ложились в ямки, где их снегом заносило через полчаса. Штаны ватные, сержанты не пиздили.

61. За командировку нам обещали безумные бабки, до 150 тысяч (2001 год), но конечно же наебали: там сказали, что здесь дадут, здесь сказали, что там должны были. И все же я получил зарплату за 8 месяцев вместе с боевыми и пятимесячный отпуск. Купил комп и все пять месяцев играл.

62. Я обещал рассказать о ситуации с геями в армии, она невеселая. Я встретил лишь одного гея, причем он был дагестанцем. Интеллигентный, тихий паренек, предложил мне пососать, я предпочел обратить ситуацию в шутку. А потом его отправили на лесную заставу, больше я его не видел.

63. Гея-дагестанца я больше не видел, но слышал, что на лесной заставе с ним произошло что-то крайне хуевое, от чего он был отправлен домой по дурке. Наверное, тоже предложил кому-то пососать, и его либо избили, либо изнасиловали всей заставой.

64. До сих пор теряюсь в догадках, как дагестанский гей вообще попал в армию. Ему стоило доказать, что он гей, чтобы перейти на альтернативную службу или откосить. Может, в Дагестане в этом признаваться опасно? Или он решил, что российская армия - рай для гея? Непонятно.

65. Кстати, о дагестанцах. Гей был исключением из правил, дагестанцы в российской армии всегда волосатые гориллы, которые здороваются друг с другом примерно так: - Эээ, иди сюда, я тебя в рот выибу. - Эээ, иди сам сюда, я твой рот ебал. Подходят, обнимаются, хлопают по плечам.

66. В российской армии служат разные люди. Как по этническому составу (татары, даги, буряты, якуты), так и по характеру. Есть люди с высшим образованием, у которых просто не было военной кафедры. Есть откровенные рецидивисты, которые сбежали в армию, чтобы не садиться в тюрьму.

67. Мусульмане в армии очень любят хитрожопо отказываться от некоторых видов работ, мотивируя это тем, что аллах запретил. Например, не хотят мыть полы, потому что это работа женщин. - Ты вчера сало жрал. - Аллах под крышей не видит! - Швабру бери, сук.

68. О гауптвахте. Чтобы туда попасть, нужно накосячить действительно по-крупному. Например, быть пьяным во время несения службы. Гауптвахта это не камера, где сидят. Сержанты гауптвахты отправляют солдата ползать по плацу, пока он не сотрет себе одежду, колени и локти в кровь.

69. Однажды в медпункт привели солдата с гауптвахты, колени и локти которого сочились кровью. Я постарался максимально облегчить его страдания, перевязал, и меня поразило самообладание парня. Он вел себя так, будто произошла досадная случайность, хотя внешне напоминал зомби.

70. С чем приходят солдаты в медпункт. Чаще всего это натертости ног. Перекись, мазь, бинт, пошел. Простужаются, причем летом, когда приходят с беготни и пьют холодную воду. Лежать неделю (косарь). Не редкость потертость члена, но не от онанизма, а потому что потный член и бег.

71. Естественно, за член я никого не трогал, а давал чуваку стакан с марганцовкой и ставил его за ширму - окунай. Кстати, когда я сам был на учебке, для меня адским мучением было заболеть, потому что моя температура редко понимается выше 38, а только с такой кладут в медпункт.

72. Онанизм в армии проблематичен, потому что приватность это привилегия. Ты ни на минуту не остаешься один. На учебке я даже в туалет ходил после отбоя, пока все спят. А потом попал в медпункт, и у меня появился КЛЮЧ. Ключи от помещений в армии - регалия, которую надо заслужить.

73. Ключ от помещения в армии не просто возможность побыть одному. Это место, где можно хранить свои вещи и вещи своих друзей. Можно хранить вещи повара и получать от него ништяки например. Потому что в армии очень сложно сохранить вещи, которые ты не носишь с собой.

74. Однажды зимой меня отвезли в лес на заставу, где нужно было перевязать солдат с убитыми ногами. Ноги были действительно убитые - у некоторых протертые сапогами чуть ли не до кости. Там же я заночевал, и оставить сапоги на полу было ошибкой.

75. Когда утром я надевал сапоги, я понял, что они на размер меньше. Едва натянул. Искать свои сапоги на незнакомой мне заставе было бессмысленно, жаловаться офицерам тоже. Да и времени на все это не было, поэтому я просто залез в кузов и поехал обратно.

76. Представьте ситуацию: зимний лес, мороз под тридцать, я сижу в кузове грузовика в портянках и сапогах на размер меньше. В кабине, естественно, сидели офицер и водитель. Через полтора часа я решил, что ноги мне придется отрезать из-за тотального обморожения.

77. К счастью, с ногами ничего не случилось, и единственная часть тела, которую я отморозил в армии, это уши. После долгих экзерсисов на морозе по краям ушей образовалась сухая пленочка, которую было неприятно отшелушивать, и я с удивлением понял, что отморозил немного ушей.

78. Я до армии был человеком довольно инфантильным, и мне она пошла в общем на пользу. Хотя далеко не каждому она на пользу пойдет. Если человек уже нашел себя в жизни и стал музыкантом, спортсменом, программистом, для него армия будет бессмысленной потерей времени.

79. Пограничные войска, наверное, единственный род войск, где могут в одной части служить люди в морской форме и в сухопутной. На нашей учебке служили чуваки в матросских костюмчиках и ботинках. Они нас презрительно звали «сапогами», а мы их «якорями».

80. В школе у меня был плохой, неразборчивый почерк. Когда я служил в медпункте, мне каждый день пришлось переписывать в журнал фамилии больных. Старослужащий фельдшер вписал в тетрадку буквы и заставил меня писать прописи, как в первом классе. До сих пор так и пишу, как он.

81. Поскольку старослужащий фельдшер в основном спал и вставал только затем, чтобы проверить, как работает молодой, и погонять его, я спал очень мало, 4-5 часов. Уколы надо делать 4 раза в сутки, и только между двумя процедурами можно было поспать.

82. Однажды я заполнял журнал больных и на минуту заснул прямо в процессе, когда писал очередную фамилию. Проснувшись, увидел, что во сне я продолжал писать. Вся строка была заполнена бесмысленным набором красивых букв.

83. О «строительстве генеральских дач». В погранвойсках эксплуатация солдат в личных целях не выражена, я о таком не слышал. Возможно, дело в том, что ПВ являются постоянно действующими боевыми войсками. Возможно потому, что это подразделение КГБ-ФСБ (да-да).

84. На учебке нас отправляли помогать со сбором урожая на овощеферму, но это было развлечение и отдых от выматывающего армейского безумия. Продукция овощефермы потом появлялась в столовой, так что вряд ли это эксплуатация солдат.

85. Однажды нашу роту с учебки повезли в лес собирать клюкву для офицеров, причем сказали «собирайте и сами ешьте сколько влезет». Вот так не торопясь несколько часов ели и собирали, и все равно насобирали сотню килограмм клюквы наверное. Не могу сказать, что это плохо.

86. Пограничная зона это полоса шириной в несколько десятков километров, где могут находиться только военные и лица, проживающие там по каким-то причинам. Там не ходят посторонние, по этому в лесах до жопы всякой дичи, грибов и ягод. Командиры застав имеют возможность запасать.

87. Одно лето я провел в рядах инженерно-саперной роты возле границы. В местном озере сетью вылавливали столько лещей, что их хватало на ужин для 50 человек, каждому по копченому лещу. Некоторые, правда, попадались с паразитами внутри.

88. Инженерно-саперная рота это подразделение, которое движется вдоль границы и ставит новую «систему», то есть специальную ограду под напряжением, которая при обрыве подает сигнал на заставу.

89. Сижу и думаю, какие пограничные секреты не стоит выдавать. На всякий случай: не пытайтесь незаконно пересечь сухопутную границу РФ! По тревоге очень быстро выдвигается наряд с собакой, а на финской например стороне вообще видеокамеры стоят. Пробуйте морем, пусть якоря ебутся.

90. Ни для кого уже не секрет, что граница Украины и РФ не была оборудована тревожной системой, вообще никак не размечена и никогда не охранялась. Только поезда и трассы проверялись. Именно это позволяет «героям Донбасса» пересекать границу в любом месте и в любых направлениях.

91. Не имею понятия, есть ли сейчас тревожная система на границах с Казахстаном и другим экс-совком, расскажите кто знает. В горах ее точно нет, потому невозможно ее там содержать в порядке. Но это не значит, что в горах пересечь границу проще. Если не свернете шею, догонят.

92. Дело в том, что в горах существует ограниченное количество путей, по которым можно пересечь границу. Все эти пути уже триста лет известны и охраняются. В этом отличие гор от равнин, на которых переход границы можно с одинаковым успехом пробовать в любом месте.

93. Напомню, что пограничные войска это подразделение ФСБ РФ, это значит что я служил в ФСБ, а бывших гэбэшников не бывает, хе-хе. Хотя если завтра со мной свяжутся гэбэшники с каким-то заданием, я постараюсь послать их нахуй из-за границы.

94. Когда я служил в медпункте, в кабинете дежурного врача стоял комп с Варкрафт 2. Старослужащий повар любил играть, но не умел, поэтому иногда по ночам он сажал меня за компьютер и с кресла командовал. Особенно ему не нравились незанятые рабочие: "вон у тебя бигус халявит".

95. Мусульмане не пользуются туалетной бумагой, а согласно Корану подмываются водой. Поэтому в туалетах подразделений, где есть мусульмане, всегда стоят пластиковые бутылки с водой. С этим связана одна история.

96. Старослужащие любят проверять солдатскую смекалку салаг, давая поручения разной степени сложности. Как правило, нужно что-то принести. Однажды дед дал мне 5 минут, чтобы найти ему бутылку воды. Я понятия не имел, зачем они в туалете, и принес оттуда. Ох, как меня отпиздили.

97. В медпункте был штатный старослужащий водитель, очень смуглый кавказец. Однажды какой-то чужой салабон принял его за дежурного фельдшера и в ответ на вопрос, с кем он говорил, так и ответил, но говорил быстро, и получилось что-то вроде "черный фельдшер". Водитель это услышал.

98. Отпиздить чужого салабона среди бела дня было нельзя, и водитель слонялся по медпункту, посыпая голову пеплом и бессильно повторяя: "ты слышал, нет ты слышал? Он меня черным фельдшером назвал. Ну охуеть блядь. Черный фельдшер блядь". Пацаки чатланам на голову сели.

99. Есть у пограничников мечта, и называется она "комендатура". Комендатура это обычно домик в лесу, где живет начальство нескольких застав (три и больше). Живут они как натуральные помещики, у них есть несколько солдат обеспечения, занимающихся охраной и деревенской работой.

100. На комендатуре жить хорошо, потому что солдаты там практически свободны от обычной армейской мозгоебли и ведут нормальную жизнь: готовят, убирают, рыбачат, заготавливают дрова. Ходили слухи, как некий солдат на комендатуре нагло драл жену офицера, в принципе почему бы и нет.

101. В пограничной зоне у финской границы есть город Светогорск, там производят офисную бумагу "Svetocopy". Бумага дерьмовая, но в городе есть пограничная комендатура, на которой мне посчастливилось побывать.

102. Комендатура Светогорска это двухэтажный домик в городе, где служит десяток распиздяев, у которых даже дедовщина ленивая. Салабон подъебывает деда, тот огрызается. На территории есть ограда и КПП, а с другой стороны ограды калиточка, которая даже не запирается. Военная часть!

103. На вокзалах крупных городов погранзоны обычно торчит какой-нибудь офицер ФСБ, похожий внешне на бомжа или алкаша. Старшие "нарядов по электричкам" знают гэбэшников в лицо и всегда подходят к ним потрепаться, заодно получают ориентировки, на кого обращать особое внимание.

104. "Наряд по электричкам" напоминает работу кондуктора. Между двумя станциями нужно быстро пройти по электричке и проверить документы на въезд в погранзону. Это важно, потому что люди часто едут не в ту сторону, их нельзя пропустить, необходимо конвоем сажать на обратный поезд.

105. Когда я проверял документы в электричках, некоторые солдаты повадились "наказывать" девочек, забывающих дома пропуск. Ебали их раком прямо в тамбуре. Это может показаться ужасным, но подозреваю, что девочки специально забывали дома пропуск, иначе кто-то бы да пожаловался.

106. По контракту я служил на проверке документов на финской трассе, причем был обычно старшим наряда. Поскольку я живу в Питере, я мог после наряда поймать любую машину на Питер и быть дома через час. Через сутки или двое я электричкой добирался до поста, минуя развод в части.

107. Однажды я приехал на пост и увидел, как солдаты жрут курицу гриль. Купленную здесь же, в гриль-баре через сто метров. Запахло гауптвахтой, причем для меня, а не для них. Совершенно ясно, откуда солдат-срочник на трассе может достать денег на такие расходы. Пришлось пиздить.

108. Один из срочников поделился со мной универсальной фразой "терве кавери презент юкси-какси евро пакас тупакка" ("здравствуй, друг, подари мне пару евро или пачку сигарет"). Позорище, конечно, но на куру-гриль эти абреки зарабатывали. Еще я научился ругаться "саттана перкеле".

109. Один из солдат на трассе всегда выставляется с рацией "на фишку". Он должен помнить номера всех машин своей части и на всякий случай сообщать на пост о других военных номерах. Это позволяет наряду быстро скрыть признаки распиздяйства и вообще показать хорошее поведение.

110. Однажды в мой наряд на пост нагрянул командир части, традиционно ебанутый. В моей будке он перевернул урну, рассыпал арбузные корки и со словами "не доедаешь, солдат?" приказал отпидорить весь пост. Я забил на это хуй, и на обратном пути он вызвал на пост моего ротного.

111. Моим ротным был лейтенант с армянской фамилией. Мы вместе стояли навытяжку у поста, пока команч ходил мимо и толкал речь ебанутого Гитлера. Потом оставил меня в наряде еще на сутки. Пост таки отпидорили.

112. Однажды я с поста ехал домой на дальнобойщике и слушал их переговоры по радио. Другой раз меня вез парень, у которого на заднем сиденье стоял ящик финского Lapin Kulta. Чувак любезно предложил мне баночку, и лучше этого пива я никогда больше не пил. Похоже, у нас не то.

113. Однажды через пост проезжала свадьба. Это местечковая традиция - свадьба должна проехать через семь мостов. Проверять кортеж из десятка машин никому не надо, традиционно из багажника достается бутылка, и наряду предлагают выпить за новобрачных.

114. Чуваки в костюмах пригласили меня к багажнику и пафосно вручили бутылку дешевой водки. Я скорчил рожу и спросил, не осталось ли шампанского. Шампанского не дали. Водку я взял и пошел закапывать в противопожарный ящик с песком, где и хранится обычно запас спиртного.

115. В итоге со свадьбой я не обломался, потому что когда я закапывал в песок бутылку водки, там же откопались две бутылки отличного пива, спасибо прошлому наряду.

116. Однажды, когда я стоял на посту, мне явилось видение. Из леса вышла натуральная нимфа в веночке и льняном платье до пят. Молвила девица загадками, смеялась и покинула меня через полчаса. Когда я спросил солдат, кто это, мне ответили "а, эта ебнутая, дочь майора Петрова".

117. В следующий раз девица рассказала, что у них в лесу ролевые игры, и она эльфийская принцесса. Разумеется, у меня и мысли не возникло за ней приударить, потому что отношения с дочерью офицера для солдата чреваты дисбатом, согласно общему мнению ну их нахуй. Одиноки наверное.

118. Помимо жуткого шрама на голове, полученного от метко брошенной железной кружки, мне в армии сломали нос. Его потом постоянно закладывало, и ЛОР предложил операцию. Отец, страдающий тем же, посоветовал ложиться, пока молодой, ему уже отказывались делать. Оперировали.

119. У нас в горах был безобидный как овечка капрал, у которого перелом носа стал просто привычным. Я наблюдал, как ему в очередной раз свернули нос на сторону, и тут же принялись его выправлять, заткнув ноздри ватой. Капрал сидел смирно, только мычал что-то невнятное.

120. Поскольку я служил по контракту, меня обычно ставили старшим наряда. Если в наряд идет рядовой-контрактник и сержант срочной службы, старшим наряда будет рядовой-контрактник, а не сержант. Но так не делают, чтобы не создавать конфликта на ровном месте.

121. Работа на финской трассе нервная, и я, если честно, жутко ссал. Вокруг меня мутили какие-то схемы с таможней, о которых не мог не знать командир части. Воровали и добывали деньги кто как мог, а тут еще и ФСБ постоянно рядом. Я в этом всем участвовать не хотел.

122. Отвечать за службу нескольких солдат на посту тоже гемор, нужно следить, чтобы никто не спал, не бухал, не дрался и не доебывался до иностранцев слишком сильно. Некоторые солдаты конфликтные, и чтобы не драться постоянно, с ними приходилось договариваться, идти на уступки.

123. В итоге после очередного нервного наряда я почувствовал себя крайне хуево, пошел в медпункт, уехал в госпиталь на обследование. Там нашли и пролечили сразу две язвы двенадцатиперстной, определенно на нервной почве. Глотал кишку и лежал с этим две недели. Мне был 21 год.

124. Когда язву мне вылечили, я пошел к главному врачу госпиталя и напросился к нему работать. Мне оставалось дослужить полгода. Взяли рентгенолаборантом, и я там в основном снимал флюорограммы, иногда был ночным дежурным, следил за порядком у солдат, работавших в госпитале.

125. Самое крутое в работе рентгенолаборанта — снимать флюорограммы с молодых офицерских жен. — Маечку без рисунка взяли? — Нет( — Тогда раздевайтесь до пояса и становитесь в аппарат. Сисечек нагляделся до конца жизни. Старался не выглядеть при этом слишком довольным.

126. Когда я пришел в армию, я был очень слабенький. Подтягивался я примерно два раза на турнике. Вместе со мной приехал накачанный бодибилдер весом под сотню кило. Ему было тяжело бегать, он потел, краснел, а однажды упал и не встал. Сказали кровоизлияние в мозг, надеюсь выжил.

127. Дьявольская ирония — бодибилдер едва живым уехал домой через две недели службы, а я, худой и слабенький, но философски невозмутимый, прослужил три года без серьезных проблем. В итоге не оказалось ничего, с чем я не справился бы так или иначе. Кроме язвенной болезни.

128. В горах у нас был «замбой» — заместитель командира по боевой части, лейтенант. Когда он выходил на зарядку, на него обращались взгляды, потому что было интересно. Он не просто подтягивался на турнике, он подтягивался 25 раз на одной руке, делал солнышко и прочую акробатику.

129. Я писал, что на учебке мне было крайне неприятно болеть, потому что температура не поднималась выше 38, и в медпункт не клали. На самом деле, когда я работал в медпункте, болеть было тоже неприятно, потому что и так считалось, что у меня халявная служба, поблажек не было.

130. И все же надо сказать, что при общем уровне стресса и разного рода нагрузок на организм болел я в армии удивительно редко. На гражданке я болел чаще и от куда менее серьезных причин. Армия мобилизует в прямом и переносном смысле, организм работает лучше, когда стресс.

131. В армии я видел парней, неспособных написать свое имя, не видевших никогда домов выше двух этажей. Некоторые сбежали в армию от жены и детей. Многие приезжали из регионов, где вообще нет работы, и со своей нищенской зарплаты умудрялись отправлять деньги матери.

132. Однажды в медпункте лежал прапорщик, который был вроде бы все время пьян. На самом деле он на заставе допился до того, что даже трезвым ходил шатаясь. Естественно, его отправили домой, и я с прапорщиком вез его на поезде в город Киров. Он рыдал и не хотел домой.

>